Ангелина Крихели
- писатель, член национального союза журналистов Украины, корреспондент газеты "Вестник Прибужья", Всеукраинского журнала "Имена"



Книги
Ангелины Крихели:
(издано)

  • "Найденыш" ("Щенок, который заблудился") - интерактивная сказка для детей и их родителей
  • "Как котёнок Правду искал" - интерактивная сказка на русском, украинском и английском языках

  • Библиотеки-партнеры

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Интервью со знаменитостями

    Валерий Золотухин: Из каких "камушков" складывается образ...

    Описание: http://svobodaslova.ucoz.net/ja_i_zolotukhin.jpg- Валерий Сергеевич, скажите, пожалуйста, насколько тяжелы переезды для актера? Ведь это такой напряженный график, когда в ночь переезд, утром репетиция, вечером спектакль, и снова переезд…Как это переносят актеры и есть ли какие-то способы облегчить эти переезды?

    - Ну, во-первых, переезды начались ведь не вчера и, я надеюсь, не завтра они закончатся. Поэтому, если я себя отчетливо представляю в роли, или так скажу, в жизни артиста, - да? – то это…ну, с пяти, с семи лет. А активное такое передвижение в агитбригадах, в самодеятельности – это с пятого, с шестого класса. Сначала на конях, потом на тракторе, потом на разных телегах, поездах, самолетах… И, в общем, движение – это жизнь. А жизнь – это движение. Поэтому, конечно, с возрастом появляются проблемы. Ну, например там, с ногами, да… И, конечно, восемь часов просидеть в автомобиле, даже в хорошем, это трудно. Но, тем не менее, так приспосабливается организм, что он каждую минуту, каждую свободную секунду он может отдыхать. То есть, я приучил себя к тому, что можно на пятнадцать минут…сидеть…отключиться. Или как-то там полежать, задрать ноги, и вообще пребывать в каком-то не публичном таком виде. И отдыхает… Я так понимаю… Организм отдыхает, потому что я чувствую себя, отдохнувшим! Поэтому…привычка, тренировка, режим все-таки помогает переносить. И, более того, я без этого, как говориться, и жить-то не могу. Вот без чего я не могу жить, так это без «Собачьего сердца». Без того, чтобы подо мной не гудела дорога,  чтобы была перспектива, что я сейчас из Донецка рвану во Львов или, я не знаю, в Сыфтыфкар. Или в Барнаул. Ну, в Барнаул, конечно, самолетом. И потом, вот эта гостиница, отель – это, собственно говоря, мой дом. Я провожу время в отелях гораздо больше, чем в семейной постели. Поэтому все как-то… приспособлено и на столе. И в смысле питания тоже: я не хожу там в рестораны, в какие-то кафе…А делаю еду себе сам…

    - Вы только что сказали о режиме. Вы имели ввиду что-то конкретное или абстрактно говорили о режиме в целом?

    - И абстрактно, и конкретно. То есть, режим в каком смысле? Сон! Ну, там достаточно пять - шесть часов, даже четыре, если короткого сна. Потом молитва, потом зарядка, стояние на голове. Обязательное. И вот сегодня я стоял вот здесь, в номере, семь минут на голове. И это, конечно, очень важно! Кроме того, что это физическая как-то и форма, это еще и, так сказать, сознание того, что ты в семьдесят лет стоишь семь минут на голове, это уже дает тебе превосходство некоторое. Перед жизнью что ли! Это не то, что подвиг, но во всяком случае, в течении сорока лет, и даже больше, я этим занимаюсь. К тому же, я вегетарианец. Для меня, так сказать, нет обжираловки. У меня вот дневник, да? Вот я вижу, здесь весов у меня нет, но когда я уезжал на Саратов, у меня вот 64 килограмма. Ну вот, видите, 64 килограмма. А вот это уже Запорожье… Там гастроли, поэтому здесь весов нет и вес мой не указан. Но, во всяком случае, последние… вот дома – 63 и 900. 64, или 63, 900. Когда  выпускали мы «Собачье сердце» там, в том дневнике было 65 килограмм, 64 и 300… Ну, в общем, где-то в пределах. Или сейчас я вижу, некоторые актеры наши, они уже до такой степени расползлись, костюмы уже…э-э…новые надо шить. И давно сшили. А у меня тот же самый. То есть, режим во всем. Ну, и кроме того, конечно, в первую очередь воздержание от спиртного.

    Описание: http://svobodaslova.ucoz.net/imarrges.jpg- А в каком возрасте и благодаря чему Вы поняли, что станете актером непременно?

    - Это произошло очень давно. В пять лет. Когда я понял, что за то, что я пою, мне платят. Молоком, пирожком или еще чем-нибудь…  Я понял, что это тоже…этим тоже можно зарабатывать хлеб в колхозе. И потом, это с детства так, со школы пошло, пошло, пошло… Конечно, у меня в жизни…ну, не так все гладко и-и…как это?...романтично представляется. Потому, что я в шесть лет упал и у меня случился, по диагнозу того времени, туберкулез кости…Я три года лежал привязанный к кровати, просто в горизонтальном положении. С 7 до 10 лет. Я вообще понимаю, трудно представить себе это… Все как-то так на это не обращают никакого внимания на самом деле… А у меня нога была в гипсе, до восьмого класса я ходил на костылях. А поступил я на отделение оперетты. Это все было, конечно, тоже случайно. Но, тем не менее… Я готовился в простаки, я готовился плясать, танцевать на сцене, петь и прочее, но… У нас преподаватель была, Галина Сергеевна Анисимова, которая сказала: «Молодой человек, Вы пришли не на тот факультет.» А она работала в театре Моссовета. И она меня сразу сориентировала… Она приняла участие… Я знал, что у меня есть свой театр, в котором я работал то время, что учился. Если бы я участвовал в каких-то массовках… А так я, деревенский мальчик, я же из деревни, и в Московских театрах…

    - То есть, волею Судьбы…

    - Да, именно волей Судьбы!

    - Скажите, а в каком спектакле Вы считаете работу для себя наиболее плодотворной и интересной? И с какими актерами?

    - Ну, каждый спектакль – это как новая страна. Последняя премьера это спектакль по пьесе Артура Миллера «Все мои сыновья». Постановку осуществил великий польский режиссер Кшиштоф Занусси.  И он провел кастинг среди российских актеров. И вот он отдал мне роль, выбрал на эту роль меня. Мне было очень сложно. Потому, что я же работаю в стационарном у Любимова, в театре на Таганке. Но Кшиштоф написал письмо Любимову с просьбой, чтобы он меня нашел возможность освободить на две с лишним недели для репетиций. И Любимов пошел на встречу, и отпустил, и мы в Польше репетировали дома у Кшиштофа, работали над пьесой. А замечательной моей партнершей, с которой мы много уже снимались, была Екатерина Васильева, она играет мою жену. Настя Виденская играет… И, конечно, факт в том, что играть с этими людьми великолепно. И для меня это интересно. А также огромную радость я получаю в «Собачьем сердце». Потому, что здесь… Это моя постановка, и в общем-то, я хозяин спектакля, хозяин роли, хозяин сцены, собственной судьбы. То есть, сценической в первую очередь. Это для меня очень дорогой спектакль. Просто там разбросаны какие-то символы. Например, вот шапочку мне сшила моя гражданская жена, Линдт Ирина. Мы с ней играли «Мастера и Маргариту». Я играл Мастера в театре на Таганке…А там, значит, шапочка у Мастера. Она сшила мне ее своими руками. Говорит: «Маргарита сшила Мастеру шапочку». И она ведь такая выворотная шапочка, двойная. И на ней вензель  вышит: «ВВ». Ваня, Валера. Ванька когда только родился, ну ему был год тогда. Поэтому «ВВ». Там тайна. Во всем заключена тайна. Пепельница, которую я держу в руках, сова, латунная пепельница, это мне подарила, отдала свою любимую пепельницу моя жена. Законная жена. Тамара. Она, значит, говорит: «Возьми пепельницу, она тебе поможет». У актера, хотя я человек верующий, но такие вещи тайные разбросаны по спектаклю. Четки мне подарил мой сын священник. Когда идет разговор у Преображенского с Борменталем: «…У вас же нет подходящего происхождения…». А он: «Что Вы! Отец судебный следователь…». «А у меня еще хуже: отец - кафедральный протоирей.» А у меня сын священник.  Четки, и сын священник. Для зрителя это может ничего не значить. Но это дает атмосферу внутреннюю для актера. А вообще, в этом варианте два портрета висит. Сделано новое сценическое оформление. И там портрет молодого Золотухина. Не знаю, но почему-то это напомнило портрет Капицы и Семенова, наших академиков, и лауреатов Нобелевской премии, в исполнении Модельяни. Ну, любил он портреты маслом. И вот в этом стиле тоже… Вот эта вся символика такая, она внутренняя символика! Для Вас она, так сказать, невидима! Не разгадана… Да и не нужно, это я Вам просто говорю для того, чтобы понять, из каких камушков складывается мозаика атмосферы, мозаика образа, мозаика роли и т.д. Для меня это очень важные вещи, они помогают мне существовать в образе… Вот Вы спросили о партнерах, это тоже партнеры! Ведь партнеры – не только живые актеры, но партнеры и вещи. Не живые предметы, как вот четки, пепельница там, шапочка… Все это имеет для меня какое-то значение. Весьма-весьма…

    Описание: http://svobodaslova.ucoz.net/images.jpg- А каковы Ваши дальнейшие творческие планы?

    - Творческие планы! Ну, во-первых, спектакль «Все мои сыновья» мы сыграли два раза. Один раз в Екатеринбурге и один раз в Москве. Он еще такой, в процессе становления. Этот герой со мной, и я как-то все время остаюсь в процессе работы над этой ролью. А планы у меня связаны с моей родиной, с Молдавией. Там строят театр. То есть, театр построен. Уже идет так сказать, начинка: техника, звук, свет. Монтируется это. И потом, когда мне исполняется 70 лет, 21 июня… И вот, вроде бы как, к 21 июня театр должен быть  открыт.

    - А есть ли в этой роли, в спектакле «Все мои сыновья», такие «камушки», как в «Собачьем сердце», которые помогают строить роль?

    - Есть. Там тоже. Они, эти «камушки» набираются, они накапливаются, понимаете? Там есть. Ну, например, там речь идет о том, что он владелец завода, Келлер, и касается самолетов. Я Ваньке делал такие вот прыгающие лягушки из бумаги…

    - Оригами, кажется?...

    - Да-да! Всякие там самолетики. И это все собирается туда… И вот эта трубка, которую он курит, это трубка отца Кшиштофа Занусси. То есть, тут тоже есть связь какая-то. И так далее…

    - Вы уже не первый раз приезжаете в наш город. И не первый раз именно со спектаклем «Собачье сердце». Только в прошлый раз это было в ОДК.  А чем Вам запомнился и понравился наш город?

    - Вы знаете, с Николаевом, тут связано многое. В том плане, что с молодостью. У меня был здесь замечательный друг, Юра Кулаков. Когда я сидел продавал перед спектаклем свои книжки, ко мне подошел знакомый, и говорит: «Помнишь Кулака?».  Я сначала не понял, а потом вспомнил. А он, оказывается, умер уже. А мы у него тут на Косе в доме отдыхали когда-то, потом мой сын приезжал. Ему сейчас уже сорок два. Но вообще город каждый чем-то запоминается. Когда-то раз я был в Киеве, и я просидел (у нас была вечерняя съемка), я просидел за письменным столом шесть часов, не поднимаясь. Настоящий писатель работает десять часов в сутки, а то и больше… И вот, у меня почему-то запомнился тот день, когда я был в отеле, в номере, и написал рассказ. Запомнился Милан, где я написал удачное эссе. То есть, все это связано с какими-то вот такими…тараканами. Не красоты города. Я в этом плане мало любознательный человек и из номера почти не выхожу никогда. Ну, только вот в редких случаях, за кефиром. А так…

    - Как правило, люди, которые имеют глубокий внутренний мир, не нуждаются в мире окружающем…

    - О-о! Сейчас запишу (Валерий Сергеевич улыбается) то, что Вы сказали…

    - Ну что ж, мы благодарим Вас за уделенное нам время. И желаем крепкого здоровья, дальнейших творческих успехов и пусть сбываются Ваши творческие мечты.

    Беседовала Ангелина Крихели

     

    Категория: Интервью со знаменитостями | Добавил: АнгелинаКрихели (13.10.2011)
    Просмотров: 928 | Рейтинг: 5.0/2
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    К просмотру рекомендуется сайт Феерия Ирины Крихели, где Вы найдете уникальные мягкие игрушки, авторские вязаные объемные картины, эксклюзивные модели женской и детской одежды, сундуки, шкатулки и украшения из кожи, авторские вязаные архитектурные ансамбли, куклы-шаржы и многое другое! Милости просим в волшебный мир Ирины Крихели!

    Поиск

    Для перехода в социальные сети нажмите